Содержание тома

От редактора

География рациональности

Многозначность как способ создания нелинейного текста в китайской языковой культуре
Рубец М.В.
DOI: 10.17212/2075-0862-2020-12.4.1-11-24
УДК: 81'272; 811.581
Аннотация:

Статья посвящена проблеме полисемии в китайском языке как одного из способов расширения смыслов письменного текста. Полисемия как неотъемлемая часть любого языка также широко распространена и в китайском языке. Иероглифы становятся многозначными под влиянием культурных, социальных, исторических факторов, за счет метафорического и метонимического переноса и т.д.  Ситуация с многозначностью в китайском языке усугубляется еще и тем, что значение слогоморфемы (записываемой каким-либо иероглифом)  может расширяться за счет приобретения ею не только новых словарных значений, но и новых грамматических форм, поскольку практически любая слогоморфема в китайском языке может становиться как существительным, так и глаголом, прилагательным, грамматической частицей и т.д. Толкованиями различных значений иероглифов китайские филологи занимались еще в доцинскую эпоху, данная работа не прекращается и по сей день. Во второй части статьи приводится пример многозначности иероглифа dào в современных словарях, как результат расширения первоначальных значений, указанных в этимологических словарях Шо Вэнь, Цзе Цзы и Цзы Юань. В третьей части статьи приводятся конкретные примеры использования полисемичных слов носителями китайского языка в целях создания нелинейных многомерных текстов. В качестве такого рода текстов выбраны примеры как из древних стихотворений, так и из двустиший дуйлянь, таких фольклорных явлений, как загадки, анекдоты, а также из примеров творчества современных интернет-юзеров (мемы). В статье показано, что данный прием исторически укоренен в письменной культуре Китая, а значит, при чтении текстов на китайском языке необходимо учитывать не только исторические, культурные и т. п. реалии и коннотации, но и все производные значения употребляемых в тексте слов с целью выявления в тексте дополнительного смысла.

Фигура субъекта в протокатегориальных представлениях Древнего Китая
Пушкарская Н.В.
DOI: 10.17212/2075-0862-2020-12.4.1-25-37
УДК: 141.2; 94(315)
Аннотация:

Статья посвящена анализу места субъекта в протокатегориальных языковых конструкциях Древнего Китая. К таким конструкциям относятся фундаментальные концептуальные схемы, называемые базовыми классификациями. К ключевым схемам относятся двоичная, троичная и пятеричная классификации, которые определили основные черты и дальнейшее развитие всей китайской ментальности и цивилизации.

Основным методологическим приемом, использованным при проведении историко-философского исследования, является опора на текстовые первоисточники. Важнейшим и наиболее достоверным источником знаний о философских взглядах столь отдаленного по времени исторического периода (речь идет об эпохе Чжоу, приблизительно 1045 – 221 гг. до н. э.,) служит «Книга Перемен», или «И-цзин» («易经»). Структурный анализ использован в выявлении элементов и числовых схем в рассматриваемой фигуре субъекта.

Согласно языковой картине мира, реконструируемой на основе текстов древнекитайских источников, позиция субъекта предстает изначально встроенной в мировоззренческую парадигму архаичного Китая. Главными характеристиками человека в исследуемых конструкциях протокатегориального мышления становятся центральность и пустотность. Эти свойства индивида представляются наиболее существенными для понимания отведенной человеку роли в развертываемой модели универсума. Из выявленных в результате исследования предикатов субъекта складывается его двойственный образ. Человек, с точки зрения древних китайцев, занимая центральное положение в вертикали «трех основополагающих сил» сань цай 三才 (Земля-Человек-Небо) и обладая, благодаря своему главенствующему положению, решающими для успешного познания природных закономерностей чертами, предстает лишенным своего собственного личностного содержания. Исходная пустотность субъекта познания, являющаяся его сущностным свойством, влечет за собой отсутствие его индивидуального наполнения. Автор делает вывод об условно человеческой позиции индивида в мироздании. Человек оказывается производным от природных, космических начал, формирующих, согласно протокатегориальным представлениям Древнего Китая, не только основы миропорядка, но и принципы мироотношения.

«Назад в будущее»: новая реальность в старых текстах
Бургете Аяла М.Р.
DOI: 10.17212/2075-0862-2020-12.4.1-38-58
УДК: 141.2
Аннотация:

В статье предлагается рассматривать понятие нелинейности в качестве метафоры, выполняющей функцию получения нового знания. Это понятие используется как инструмент в стратегии прочтения, понимания и истолкования текстов, независимо от их национальной, языковой или временной принадлежности. Современная ситуация неопределенности и неожиданных изменений, коснувшаяся всех сфер жизни, формирует вызовы, заставляющие по-новому смотреть на будущее человечества. Поставленные сегодня вопросы неизбежно заставляют задуматься о том, так ли уникальны сегодняшние события? Не сталкивалось ли человечество ранее с чем-то подобным? А именно: были ли в истории ситуации, эпохи, в которых приходилось реагировать на то, что в «одночасье», по историческим меркам, приходилось перестраивать и изменять кардинально свою жизнь, ломать привычные устои общества, пересматривать их в глобальном масштабе? Сходные события, в которых одним из «действующих лиц» были эпидемии, нанесшие невосполнимый урон коренному населению Нового света и практически уничтожившие его, наблюдались в первое столетие после открытия Америки. Анализируется, какое отражение это нашло в текстах хроник, каким образом осмысливалось современниками, как победителями, так и побежденными. Ставится вопрос: возможно ли извлечь уроки для современности? Как проецировать эти знания на новую возможную реальность? Рассматриваемые тексты, фрагменты из хроник XVI в., описывают эпидемии, вспыхнувшие на территории Новой Испании еще в разгар завоевания и в первые десятилетия после него. Показана взаимосвязь процессов, связанных с предрекаемым сегодня концом глобализации и трансформациями техногенной цивилизации. Различные аспекты этой взаимосвязи, выявленные благодаря приложению метафоры нелинейности, позволяют реконструировать и осмыслить историческую реальность как сложностный непрерывный процесс. Это в свою очередь дает возможность поставить новые задачи для исследования в различных областях знания.

Мистическое переживание вечности как предел переживания времени
Парибок А.В.,  Псху Р.В.
DOI: 10.17212/2075-0862-2020-12.4.1-59-76
УДК: 115.4; 141.336
Аннотация:

В статье ставится цель прояснить две традиции осмысления времени, а именно рационалистическую, в которую входят частно-научная (на Западе восходящая к «физике» Аристотеля) и философская (восходящая на Западе к Августину), и мистическую (наиболее методически выдержанной является йогическая традиция классической Ин­дии и исламский мистицизм). Во Введении ставится проблема времени и задаются предметные границы рассмотрения. В основной части рассматривается частно-научная (кратко) и философская односторонности понимания времени. Обнаруживается, что в названных трактовках времени не было разделения на изначальное указание феномена времени (ответ на вопрос: «Что такое время как фено­мен?») и трактовку смысла этого феномена (ответ на вопрос: «Как понимать феномен времени?»). Физическая односторонность рассмотрения времени целиком погружена в объектную область, а философская односторонность исходит практически исключи­тельно из субъекта (памяти, созерцания, желания, собственной природы). Проблема времени – это одна из наиболее сложных проблем для осмысления. Основной тезис статьи заключается в том, что прафеномен времени явлен сознанию из непременно совершающе­гося переключения и сопоставления между двумя процессами: ориентировки во внеш­нем мире и вниманием к когитации, т.е. между внешним и внутренним. Эта двой­ственность совпадает с двойственностью, осуществляющейся в элементарной единице рассудочного мышления – суждении, субъект которого признается принадлежащим внешнему миру, а предикат – внутреннему. Отдельно рассматривается пони­мание времени в мистической традиции. Мы остановимся на рассмотрении двух спо­собов осмысления времени – рационалистическом (философском), представленном учением Канта, и мистическом, представленном у суфиев и йогов (с указанием прин­ципиальной разницы между ними). Отметим, что эти два способа нами не противопос­тавляются, хотя в некотором смысле они и исключают друг друга. В Заключении демонстрируется, что синтез этих двух подходов был фактически осуществлен Геге­лем, но не в его «Философии природы», обычно связываемой с понятием времени, а в «Науке логики» (во вневременном развертывании абсолютного знания).

Проблемы науки и образования

Управление в российском университете: цели, культура, критерии
Диев В.С.
DOI: 10.17212/2075-0862-2020-12.4.1-77-84
УДК: 101.1
Аннотация:

Предлагается отклик на статью П.А. Ореховского и В.И. Разумова, посвященную проблемам отечественного высшего образования и науки. Соглашаясь с основным пафосом этой статьи, автор представляет взгляд на поставленные проблемы с позиций теории управления. Такой подход представляется актуальным и методологически оправданным, поскольку поставленные проблемы требуют именно управленческих решений. Показано, что порой абсурдные реформы и реорганизации преследуют совершенно конкретные цели, о которых при этом не сообщают реформируемым. В этом контексте уместна метафора карнавала, которую используют П.А. Ореховский и В.И. Разумов. Показано значение организационной культуры в управлении современным университетом. Культура – не объект манипулирования. Она создается людьми и управляет порой руководителем даже в большей степени, чем он ею. Это особенно важно потому, что большинство элементов эффективного управления (постановка задачи, оценка, контроль, установление обратной связи и т.д.) в каждой организации до определенной степени определяется культурой. Предлагается вернуться к системе назначения ректоров вузов, поскольку это повысит ответственность ректора за принимаемые решения, а также избавит от выборов, которые зачастую носят постановочный характер. Пирамидальная конфигурация структуры означает критическую зависимость эффективности организации от качеств и способностей центрального звена, как правило, одного высшего должностного лица. В случае принятия им неэффективных решений даже совершенная иерархия будет функционировать вхолостую или даже работать на саморазрушение. Главный изъян такой структуры в том, что вся информация, необходимая для принятия решений, концентрируется внизу иерархической пирамиды (у подчиненных), а вся ответственность и право на его принятие – наверху (у руководителя). Обосновывается переход от действующей вертикальной иерархической модели управления в высшей школе на модель субсидиарности, согласно которой принятие решений должно осуществляется на самом низком или наименее централизованном уровне власти.

Образование как фантасмагория
Курленя К.М.
DOI: 10.17212/2075-0862-2020-12.4.1-85-98
УДК: 001+378
Аннотация:

В данном тексте рассматривается аргументация авторов статьи «Время карнавала: российские высшая школа и наука в эпоху постмодерна» – доктора экономических наук, профессора П.А. Ореховского и доктора философских наук, профессора В.И. Разумова. Они анализируют ситуацию в современном российском высшем образовании. Отмечается, что стремление расширить границы научного дискурса по этой актуальной теме приводит исследователей к поискам нетрадиционных методов анализа сложившейся ситуации в образовании. В данном случае – к обсуждению возможности рассмотреть современные проблемы отечественного образования сквозь призму литературной теории карнавальности, разработанной М.М. Бахтиным для анализа художественных явлений совершенно иного порядка. Утверждается, что опыт критического осмысления проблем образования в художественном творчестве самых разных авторов и эпох имеет очевидные параллели как между собой, так и с современной ситуацией в отечественной высшей школе, что подтверждается сравнением наблюдений и выводов П.А. Ореховского и В.И. Разумова  с текстами Лао Шэ, Жана Бодрийяра, Юваля Ноя Харари, с высказываниями президента и председателя правления Сбербанка России Г.О. Грефа и помощника президента РФ, в прошлом – Министра образования РФ А.А. Фурсенко. На основании множественных сопоставлений ряда текстов и высказываний делается вывод о том, что в прогрессирующем расслоении и деструкции системы отечественного образования находит отражение общемировая тенденция. Она обусловлена изменением глобальной общественной оценки значения истины и научного знания, необходимого для ее поиска и практического использования в интересах всего человечества, либо его части. Поддерживаются прогнозы П.А. Ореховского и В.И. Разумова о грядущей смене типов учреждений науки и образования, а также о назревающих переменах в сфере целеполагания и организации интеллектуальной деятельности в государствах с развитым научным и образовательным потенциалом.

Кризис высшей школы или стагнация? От гуманитарных метафор и публицистики к веберианской политической социологии
Розов Н.С.
DOI: 10.17212/2075-0862-2020-12.4.1-99-112
УДК: 001+378
Аннотация:

В статье подвергается сомнению продуктивность трактовки негативных явлений современного высшего образования в России с помощью гуманитарных метафор и публицистических инвектив. В качестве более адекватного подхода предлагается веберианская парадигма политической социологии, включающая четыре сферы анализа: 1) политика, администрирование – отношения власти внутри вуза и вокруг него, 2) экономика, денежные и прочие ресурсные отношения в высшей школе, 3) культура, символическая сфера, статус, престиж, репутация как социальные отношения. 4) солидарность и конфликт; насилие и контроль над насилием. Привычная квалификация происходящего в российской высшей школе как «кризис» также сомнительна. Под действительным кризисом предлагается понимать состояние, переставшее быть приемлемым, при том, что привычные способы и средства исправления ситуации оказываются бесполезными. При таком понимании никакого «кризиса» в современной высшей школе России не наблюдается, несмотря на недовольство отдельных групп, которые вовсе не приводят к состоянию неприемлемости, последующему интенсивному поиску причин и адекватных способов исправления ситуации. Действительно, высшая школа в России постепенно склоняется к большей бюрократичности, симуляционности, виртуализации-дистанционности, сегрегированности. Такое состояние обозначается не как «кризис», а как относительно устойчивое равновесие, попадание в аттрактор с порочной «стабильностью» – стагнацией при медленной, но неуклонной деградации. Выход из такого состояния крайне труден, сопряжен с большими тревогами и угрозами. Для перехода к аттрактору «успешный динамизм», характерному для лучших мировых образовательных систем, необходимы способы, каналы, институциональные средства преобразования недовольства участвующих и заинтересованных в высшей школе социальных групп в продуктивные обсуждения с непременным участием практиков управления, администраций разного уровня, потенциальных работодателей, держателей ресурсов. В последующем нужны пробные, пилотажные реформы с мониторингом, поощрением и стимулами распространения успешного опыта.

Современное университетское образование: административно-бюрократический произвол и его следствия
Иванов А.В.,  Фотиева И.В.
DOI: 10.17212/2075-0862-2020-12.4.1-113-128
УДК: 101.8
Аннотация:

В статье рассматриваются две взаимосвязанные проблемы современного российского высшего образования: усиление административного принуждения и контроля и внедрение дистанционного образования. В качестве теоретико-методологической основы исследования авторы опираются на социально-философский анализ проблем образования в известной работе С.И. Гессена, где выделены три базовых принципа эффективного функционирования университета: полнота научного знания, свобода преподавания и учения и самоуправление. Авторы обосновывают мнение, что в настоящее время все данные принципы нарушаются. Нарушение первого из них проявляется в уменьшении часов, отводимых на преподавание фундаментальных дисциплин, и в общей ориентации на выпуск «узкого» специалиста; второй принцип несовместим с предельно возросшей отчетностью вузов и чрезмерно формализованными показателями качества их работы. Нарушение третьего принципа проявляется в постепенной ликвидации университетской автономии, в частности, свободных выборов ректоров. Наиболее негативным проявлением административного прессинга, по мнению авторов, сегодня становится принудительное введение дистанционного образования. Авторы критически анализируют основные аргументы, выдвигаемые в пользу этого проекта: экономию бюджетов вузов, обеспечение более высокого качества преподавания, необходимость следовать общей логике модернизации образования в целом. Решение финансовых проблем, по мнению авторов, должно опираться не на вынужденную экономию, а на грамотную организацию экономической жизни страны. Апелляция к более высокому качеству преподавания, которое, как утверждается, должны обеспечить преподаватели из центральных вузов страны, опирается на предвзятые и недоказанные представления. Помимо этого, для овладения навыками критического и систематического мышления, ведения научных дискуссий необходимо непосредственное общение между преподавателями и студентами, которое неосуществимо в условиях онлайн-преподавания одним педагогом очень большому числу студентов. Кроме того, здесь не учтена необходимость близкого знания той или иной конкретной аудитории педагогом для выбора адекватного стиля чтения лекции или ведения практических занятий. Статья завершается выводом о том, что сегодняшний административно-бюрократический стиль управления высшим образованием, при котором не только нарушаются основные принципы успешного функционирования последнего, но и проводятся деструктивные реформы, губителен не только для образования как такового, но и для самого государства.

Карнавал образования: между «макдональдсом» и традиционализмом
Илларионов Г.А.,  Кудашов В.И.
DOI: 10.17212/2075-0862-2020-12.4.1-129-144
УДК: 101.8
Аннотация:

Статья П.А. Ореховского и В.И. Разумова «Время карнавала: российские высшая школа и наука в эпоху постмодерна» выражает отношение российской профессуры к процессам трансформаций отечественных науки и образования и поиск их оснований, одним их которых выбран концепт карнавала М.М. Бахтина. Применимость этого концепта в отношении постмодернистской социальной реальности вызывает сомнение, поскольку карнавал предполагает инверсию «победившей правды», релятивизируемой в фамильярной форме «шутовских венчаний и развенчаний». Современная реальность уже не содержит «победившей правды», которую можно было бы подвергнуть инверсии, в связи с этим от карнавала остается только само шутовство. Мы предлагаем собственный взгляд на основания трансформации науки и образования в России, в постмодернистской манере предполагающих двойственность реальности. Первая – бюрократическая реальность, описываемая метафорой макдональдизации (Д. Ритцер), ориентированная на целерациональные рыночные отношения «образовательных услуг», количественную просчитываемость рейтингов и контролируемость системы. Вторая реальность – это коллективное бессознательное российских преподавателей, позиция которых близка не к карнавальной инверсии М. Бахтина, а к традиционалистской мистико-религиозной инверсии Р. Генона. Современность предстает искажением примордиальной Традиции, сакрального первоначинания, в роли которого чаще всего предстает советская система науки и образования. Каждое явление становится противоположностью истинному его значению: преподаватели – «обслуга», ученые – «спортсмены», эксперты – «клоуны». При этом «истинные» наука и образование преподносятся как нечто самоочевидное. Обе реальности не способны к диалогу, поскольку первая ориентирована на рыночную целерациональность и социальный оппортунизм, вторая – на имплицитно или явно сакрализованные этические ценности «культа науки и прогресса». В этих условиях со стороны ученых наивно ждать понимания своих интенций от реальности бюрократии, но конфликтовать с ней бессмысленно и деструктивно. В качестве более реалистичного пути развития науки и образования предстают самоорганизация научного сообщества через формирование кружков и диалог между ними, средством чего может выступать настоящая дискуссия.

Социальная философия

Социальность современности и феномен «левых»
Розин В.М.
DOI: 10.17212/2075-0862-2020-12.4.1-145-161
УДК: 17.023.4; 316.42
Аннотация:

В статье с методологических позиций анализируются взгляды «левых» и критика этих взглядов известным журналистом, писателем и аналитиком Юлией Латыниной. Приводятся возражения против Латыниной со стороны других журналистов и политологов: Андрея Лошака и Евгении Альбац. Автор не считает аргументы спорящих основательными и предпринимает собственный анализ. Он предлагает сжатую схему генезиса культуры модерна, начиная от кризиса Античности и Средних веков. Выделяются несколько предпосылок этой культуры: необходимость получить средства для ведения войны и одновременно установить порядок на подвластной территории, процессы реформации и контрреформации, перемещение центра власти с неба на землю. И как следствие –формирование нового смыслового проекта, становление новоевропейской личности, развитие экономики и городов, изобретение и становление государства, борьба граждан за свои права и идеалы. Обсуждаются и причины кризиса самой культуры модерна: значительно сложнее стала социальная жизнь (в результате она разошлась с исходными представлениям модерна). Были созданы технологии, позволившие использовать иначе, чем было задумано, государство, общество и право. Как следствие, возникла потребность в построении нового смыслового проекта культуры. Такой проект и был сформирован «левыми». Он содержит два основных принципа: социальная справедливость для всех и социалистическая организация (распределение, перераспределение, налогообложение, пособия, пенсии и др.) как способ реализации этих требований.  Кроме того, «левые» настаивают, что богатые должны делиться с остальными гражданами. Автор показывает, что «левые» мыслят в рамках созданного ими нового проекта культуры, и поэтому не приемлют критики в свой адрес. В заключении обсуждаются антропологические условия возможной будущей культуры. С одной стороны, именно культура и социальность обусловливают ценностные ориентации людей, с другой ‒ поскольку человек делает вклад в социальность, от его активности отчасти зависит возобладает ли добро над злом.

Новый высший класс: революционная смена элит в США
Жежко-Браун И.В.
DOI: 10.17212/2075-0862-2020-12.4.1-162-190
УДК: 323.23; 329.7
Аннотация:

Статья анализирует появление в США нового политического класса, элиты, названной элитой меньшинств. В ряде опубликованных работ уже ставился вопрос о текущей революции и/или восстании меньшинств, однако не изучался вопрос, прямо связанный с ее немедленными последствиями. В первую очередь, вопрос о приходе нового высшего класса, его социальной конфигурации, идеологии, программе, этосе, ценностях и компетенции. Данная статья является первой в цикле, посвященном этой теме. Автор формулирует три взаимосвязанные предпосылки появления новой элиты: распространение программы позитивных действий (ППД) на все сферы общественной жизни и, прежде всего, на систему образования; феномен «разбуженного капитализма» (woke capitalism); многолетняя история протестных движений меньшинств. Некоторые эксперты принимают нынешние протесты за революцию. Автор утверждает обратное: протесты есть прямое следствие и один из этапов пошаговой революции. Ее корни лежат в многолетней подготовкe кадров революции и социальных технологий для нее, в создании финансовой, информационной и организационной инфраструктур протестных движений, в моральном поражении и сдаче интеллектуального класса. В США в течение десятилетий были соорганизованы сотни протестных движений разного масштаба и сформированы десятки профессиональных протестных организаций. Одна из них, «Жизнь черных имеет ценность» (Black Lives MatterBLM), имеет свою программу, стратегию, тактики и солидный бюджет.  Главной целью организации является создание собственной властной элиты. Протестантская элита (WASP) управляла страной более двух столетий, но во второй половине ХХ века Гарвардский университет своим решением о повышении уровня приемных тестов породил новую, интеллектуальную элиту. Университеты Калифорнии и других штатов фактической отменой тестов для меньшинств приводят к власти новую социальную группу – бенефициаров ППД.  Черное движение уверенно входит в конечную фазу своего развития, занимаясь расстановкой своих предстaвителей в государственных органах власти, политических партиях и других социальных институтах. Идеологи политики идентичности, прежде всего расовой, присвоили себе позицию менторов и экспертов по вопросам социальной справедливости и соблюдения гражданских прав в обществе. К BLM присоединились другие протестные организации, среди которых лидируют организации социалистической ориентации. Эти организации фактически «перехватили» волну протестов и уже работают над социалистической программой действий администрации Байдена-Харрис, если они будут выбраны.

Поле памяти: конструирование и борьба нарративов
Логунова Л.Ю.,  Рычков В.А.
DOI: 10.17212/2075-0862-2020-12.4.1-191-213
УДК: 316.334:75
Аннотация:

Политика памяти есть стратегия взаимодействия властных институтов и социальных групп в публичном пространстве по вопросам национальной истории. Образы социальной памяти используются акторами для создания нарративов – цельных, сюжетно законченных повествований о событиях прошлого. Социальные группы заявляют о своей идентичности и праве на собственные интерпретации исторических событий через создание нарративов. Столкновение альтернативных интерпретаций событий приводит к мнемическому конфликту, который есть отражение политической борьбы за право на память. Диалог и медиация – инструменты политики памяти. Логика такой политики предполагает примирение и солидарность всех социальных групп, переживших единую историческую судьбу, но обладающих дифференцированной социальной памятью. Люди помнят то, как эти события отразились на судьбах их семей.

Методология исследования политики памяти опирается на социокультурный и историко-сравнительный анализ, объединяет феноменологический и конструктивистский подходы. При анализе проблемы в статье использована теория полей притяжения П. Бурдье. Такая методологическая конструкция помогает изучить полевые структуры социальной памяти, специфику конструирования нарратива, возможности политического решения мнемических проблем нации. Политика памяти представлена как инструмент управления общественным сознанием в ментальных структурах общности. Она противоречива, идеологически обусловлена, предполагает столкновение или согласование альтернативных нарративов. Правом решения о приоритетной стратегии политики памяти обладают структуры власти, которые определяют правила игры на «поле памяти», артикулируя «официальные нарративы». Но влиянием на формирование стратегий политики памяти обладают любые социальные группы, представляющие «неофициальные» нарративы. Конструкция политики памяти основана на стратегиях – целенаправленных последовательных действиях, утверждающих в коллективном сознании версию общенациональной истории в качестве доминирующей. Стратегии воплощаются в вариативных сценарияхтактических мероприятиях ситуативного характера, определяющих ходы и расстановку действующих персонажей по реализации стратегий.

Авторами определены основные виды стратегий политики памяти: упрека (реализация «мученического нарратива»), забвения трагического прошлого (вытеснение из официальных нарративов фактов, противоречащих «героическим» интерпретациям), конфликта интерпретаций (противоречащие «официальные» и «неофициальные» нарративы), диалога (дискурс и согласование интерпретаций) с соответствующими сценариями развития политической ситуации воспевания «исторического величия», замалчивания, покаяния, противоречивых нарративов, примирения и солидарности. Результатом анализа проблем социальной памяти в России являются теоретические конструкты противоборства нарративов с последующими вариантами сценарных решений, оформляющих стратегии политики памяти.

Насилие в обществе символического потребления
Бодрова Ю.В.
DOI: 10.17212/2075-0862-2020-12.4.1-214-229
УДК: 179
Аннотация:

В статье насилие в своей символической форме рассматривается как продукт современного потребления и один из атрибутов массовой культуры. Несмотря на чрезвычайную актуальность проблемы насилия в кино и на телевидении, исследователи в области психологии, социологии и педагогики анализируют данный феномен с точки зрения воздействия сцен насилия на различные категории населения, выделяя возможную взаимосвязь между жестокостью на экране и в жизни. Настоящее исследование акцентирует внимание на социально-философском анализе потребления насилия современным человеком. В статье рассмотрены различные подходы к исследованию потребления, а также проводится анализ символической сущности этого феномена. Каким образом общество потребления связано с насилием? В чём особенность насилия как продукта потребления? Рассмотрение экранного насилия позволяет выделить основные причины, лежащие в основе демонстрации сцен жестокости в кино и на телевидении. По мнению известного американского режиссера Квентина Тарантино, насилие – один из кинематографических приемов. Если спрос рождает предложение, то чем обусловлен интерес зрителей к актам агрессии на экране? С формированием информационного общества связано появление новых технологий насилия, включенных в систему отношений «производитель – потребитель» посредством рекламы. Происходит демократизация насилия: оно теперь доступно не только корпорациям и государствам. Каждый человек может создать свою собственную реальность по своим потребностям и этическим стандартам. Глубокое рассмотрение данных вопросов позволит взглянуть на насилие как на элемент, включенный в систему символического потребления современного мира.

Условия лояльности национальных элит к центральной власти в советский период российской истории
Филиппов С.И.
DOI: 10.17212/2075-0862-2020-12.4.1-230-248
УДК: 316
Аннотация:

Статья посвящена анализу советской национальной политики в исторической перспективе, в частности, исследованию условий лояльности национальных элит по отношению к центральной власти в позднем СССР. Исследование проводится на материале сопоставления контрастных случаев: элит прибалтийских республик и Белоруссии с 1945 по 1991 гг. в их взаимоотношениях с союзным центром и населением республик. Данные случаи сходны друг с другом по некоторым существенным параметрам, но демонстрируют различный уровень лояльности элит и населения по отношению к центру: относительно низкую в прибалтийских республиках и относительно высокую в Белоруссии. Подчеркивается, что советская национальная политика, содержанием которой было формирование новых национальных элит, а также локальных институтов, поддерживающие их воспроизводство, продолжала традиции «непрямого» управления государством, когда главными партнерами выступают центральная власть и местные элиты. Данная политика в определенной мере снижала конкуренцию за престижные позиции в «центральных» институтах, но в условиях стабилизация и относительно низкой ротации кадров приводила к дефициту престижных позиций на фоне переизбытка претендентов (феномен «перепроизводства элиты»). Внутриэлитная напряженная конкуренция за престижные позиции усиливалась миграцией из других регионов (в случае Эстонии и Латвии), а также стратегией социализации, ориентированной на регион первоначального проживания (в случае Литвы), что было обусловлено относительно высоким уровнем благосостояния прибалтийских республик в составе СССР. Размещение на территории Белоруссии крупных ресурсоемких экспортно-ориентированных предприятий обусловило стратегии социализации, ориентированные на интеграцию в союзную экономику и, соответственно, лояльность как элит, так и значительной части населения союзному центру.